Суккот и Симхат Тора

Суккот

ет праздника благоуханнее Суккот. Он наполнен запахом листвы и свежесрезанныих веток, ароматами мирты и этрога. В дни Суккот еврейские города или районы, где живут евреи, вдруг превращаются в зеленый сад от появления множества шалашей, украшенных яркой зеленью. В этих шалашах, называемых сукко (хижина на иврит), живут и пируют и славят Всевышнего все семь дней праздника. А вечерами, когда обитатели сукко зажигают ночные огни, отчетливо видимые сквозь крыши легких построек, на еврейских улицах словно вспыхивают тысячи холодных костров. И он самый веселый из еврейских праздников, о чем упоминается в Торе, когда предписано: «И веселись в праздник твой». Если Песах — время нашего освобождения, а Шавуот — дарования Торы, — то Суккот — это праздник радости нашей, чистой радости во славу Создателя. Он наступает через четыре дня после Йом Кипур, вслед за благоговейными и величественными Трепетными днями.

«Над нами всеми суд в Рош а-Шана, а приговор выносится в Судный день». Уверенные, что Он простил нас, «вписал и запечатал» в счастливый год, и благодарные Ему — мы вступаем в Суккот, полный веселья и радости, украшенный зеленью и своеобразными Мицвот. В Торе сказано: «В пятнадцатый день седьмого месяца (Тишрей), когда Вы собираете плоды земли, празднуйте праздник Всевышнего семь дней: в день первый покой и в день восьмой покой. И возьмите себе в первый день плод дерева красивого (этрог), ветви пальмовые и отростки дерева густолиственного, и верб речных, и веселитесь перед Б-гом, Всесильным вашим, семь дней. И празднуйте этот праздник Всевышнему семь дней в году: (это) устав вечный в поколения ваши; в седьмой месяц празднуйте его. В сукко живите семь дней... дабы знали поколения ваши, что в сукко поселил Я сынов Израилевых, когда вывел их из земли египетской...»

Сорок лет провели в них наши далекие предки, продвигаясь к Обетованной Земле. Их не беспокоила прочность крыши над головой, им сопутствовали защитные «облака славы», и в трудную минуту они полагались на поддержку Всевышнего. Но, обретя свою Землю и поселившись в прочных, надежных домах, они ежегодно уходили на семь дней под кровлю временных хижин. Эта заповедь навсегда осталась нашей благодарностью Б-гу и памятью об Исходе из Египта. Однако мы не селимся в сукхо на Песах, в пору нашего Исхода, ибо весной — обычное для всех народов время перебираться на летние дачи, и смысл нашего переселения не был бы очевиден. Мы делаем это осенью, в пору дождей и ненастья, подчеркивая тем самым, что цель нашей жизни в сукко — лишь исполнение заповеди Всевышнего. Сегодня, переходя из удобных домов в неблагоустроенные сукко, мы делаем это исключительно в память об избавлении народа от рабства и славим тем самым чудо Его и святое Его провидение.

Есть и другое название у Суккот — праздник уборки урожая. Он всегда выпадает на осень, на пору окончания летней страды, когда урожай полей, садов и виноградников стекается в амбары и на склады. Что может быть радостнее для земледельца зрелища обильных плодов его труда! Однако при виде щедрого изобилия он способен возгордиться: «Все это принесли мое умение и сила!» И, позабыв о Б-ге, о духовных ценностях, кичливо вообразить, что цель его жизни — накопление богатства.

своей бесконечной мудрости Б-г повелел именно в это время — время осеннего изобилия — переселяться в скромные сукко. В предписании Торы жить в них семь дней содержится глубокий нравственный смысл: выйди из постоянного жилища, человек, «дабы сердце твое не возносилось», и не думай — «это сила моя и крепость руки моей доставили мне богатство». Именно в дни личной радости вспомни, как предки твои кочевали в Синайской пустыне, и поверь: даже в этом хрупком убежище Б-г защитит тебя и пошлет процветание.

если усилия человека были напрасны, и земля обделила его урожаем, тем более может обрести он надежду и силу в сукко, вспоминая, как Б-г на протяжении сорока лет поддерживал евреев в пустыне.

казано в Торе: «В сукко живите семь дней», в каких жили наши предки после освобождения. Также и на восьмой день — во время праздника Шмини-Ацерет — мы ликуем и веселимся во имя Его. И радуемся и танцуем в день девятый — Симхат Тора (веселые с Торой).

аже в молитвах не называется Суккот иначе, как «зман симхатейну» — время нашей радости. Пишет Рамбам: «Радость, которую испытывает человек при исполнении заповеди Б-га из любви к Б-гу, есть великое служение. И нет большего величия и чести, чем веселиться во имя Всевышнего».

дин из самых важных законов Суккот — мицва «четырех растений». Тора предписывает нам взять лулав — длинный нераспустившийся побег финиковой пальмы, этрог — превосходный цитрусовый плод, похожий на лимон, адасим — веточки пахучей мирты и аравот — ветви скромной ивы. Мы привязываем адасим и аравот к лулав и, поддерживая их рядом с этрогом, произносим особое благословение (брохо) над всеми четырьмя растениями.

идраш объясняет значение этой мицвы следующим образом.

трог. Как этрог сочетает приятный вкус и чудесный аромат, так и среди народа Израиля есть люди, глубоко изучившие Тору и выполняющие все Мицвот. (Вкус здесь символизирует наслаждение и удовольствие от изучения Торы.)

улав. Как финики имеют приятный вкус, но лишены запаха, так и в народе Израиля можно найти тех, кто изучает Тору, не совершая при этом добрых дел, в то время как изучение Торы должно вести к соблюдению Мицвот.

дасим. Как мирт обладает чудесным ароматом, но не вкусом, так и среди народа Израиля есть такие, кто ведет добропорядочную жизнь, но не учит Тору.

равот. Как ива лишена вкуса и запаха, так и среди народа Израиля можно отыскать тех, кто не учит Тору и не совершает добрых дел.

севышний говорит: «Свяжи их всех в один пучок, и дополнят они один другого». Таким образом, внутренний смысл этой мицвы, объединяющей растения от этрога с его замечательным запахом и вкусом до аравы без вкуса и запаха, — в объединении всех евреев, которые должны стать «единой группой, чтобы свершать Твою волю от чистого сердца».

Шмини Ацерет

раздник Шмини Ацерет, который следует сразу за Суккот, считается отдельным праздником, поэтому накануне его, перед зажиганием праздничных свечей, также следует произносить благодарственное благословение Шеэхэйону.

Торе, после описания службы в каждый из семи дней праздника Суккот, говорится: «В день восьмой празднование да будет у вас...» Слова «восьмой» (шмини) и «празднование» (ацерет) дали название этому празднику, завершающему «зман симхатейну» — время нашего веселья. Мидраш говорит, что, завещая еврейскому народу еще один праздничный день после недели торжества и ликования, Всевышний как бы просит: «Дети Мои, задержитесь еще на день в Моей обители. Тяжело Мне расставаться с вами».

Шмини Ацерет приближается к завершению всеобщий духовный подъем, который так долго царил в еврейских общинах. Вначале был месяц Элул — тридцать дней искреннего отчета в содеянном, месяц самоанализа и подведения итогов. Затем десять днеи трепета и раскаяния: от трубного гласа Шофара на Рош а-Шана до субботы суббот — Йом Кипур, когда к концу последней молитвы Неила и самого огрубевшего охватывает сверхъестественное волнение. Потом прошли четыре дня подготовки к Суккот, когда сооружали и украшали сукко, тщательно выбирали «прекрасный плод» этрог и самый свежий нераспустившийся побег финиковой пальмы, а после — бережно связывали лулав для исполнения этой особой мицвы. Наконец, начались семь дней в сукко: трапезы под сенью свежесрезанных веток в кругу друзей и родственников, собравшихся вместе на праздник, и веселье и радость «истинного торжества».

о времена Бейт а-Микдаш, при семидневном праздновании Суккот, на жертвенник возносили семьдесят волов, символизирующих семьдесят народов мира. А на восьмой день — в Шмини Ацерет — приносили в жертву лишь одного вола и барана. Мидраш говорит: «Это похоже, как если бы царь позвал на семидневный пир всех жителей своей страны... А когда пир закончился, он сказал своему близкому другу: „Мы выполнили наши обязанности по отношению ко всем обитателям страны. Теперь пойдем и проведем время вместе. Только ты и я вдвоем...“ Остались позади и семь, и пятьдесят волнующих дней. Но есть еще сегодня, Шмини Ацерет, прекрасный день, когда еврейское сердце слышит просьбу Всевышнего: „Задержись. Тяжело Мне расставаться с тобой...“»

Симхат Тора

раздник Симхат Тора (радость с Торой) также не связан с Суккот, но и он как бы продолжает последний. Этот день — начала нового цикла чтения Торы — самый радостный и веселый в еврейском году, когда танцует и ликует весь еврейский народ от мала до велика. Повсюду, где только живут евреи, веселые Симхат Тора выплескивается из стен синагог, переливается в дома и на улицы, охватывает еврейские кварталы. И радость эта одинакова у седобородого старца, постигшего великие тайны Учения, танцующего со свитком Торы в синагоге Израиля или любой свободной страны, и у юноши с салфеткой на голове, не умеющего отличить алеф от бейc, самозабвенно пляшущего у стен московской синагоги.

а Симхат Тора исчезает различие между людьми, и заповедь Аават Исраэль — любовь к брату-еврею — проявляется особенно ярко. Та самая любовь, о которой сказано: люби одинаково и абсолютно порочных, и абсолютно праведных, люби, невзирая на внешность, поведение, достоинства и недостатки. Люби его, как самого себя, т.е. прощай ему, как прощаешь себе любые прегрешения.

х, весел праздник Симхат Тора! В канун его, после вечерней молитвы, и в самый день праздника, после утренней молитвы, семь раз обходят со свитками Торы вокруг возвышения в центре синагоги, откуда читают Святую Книгу. При этом обходе — Акафот, который длится часами, ликуют, поют и танцуют, и безграничная радость охватывает присутствующих.

день Симхат Тора все евреи — от лидеров и старейшин до простых людей — становятся равными. Это время не предназначено для изучения Торы. Это время, невзирая на разницу в образовании, пуститься в пляс и радоваться Торе. Свиток ее не развернут в определенном месте, а заключен в футляр, и еврей танцует со всем его содержимым. Еврей соединяется с Торой в такой степени, когда он становится ногами танцующего Свитка Торы — очеловеченной Торы. Это период нашего (евреев и Торы) ликования, когда Тора радуется еврею так же, как еврей Торе, и все евреи, независимо от положения и жизненного опыта, могут принять участие в Симхе.

а первый взгляд удивительно: на Симхат Тора евреи всего мира собираются веселиться с Торой — с той, что предписано изучать «день и ночь»! Но если бы Симхат Тора отмечали изучением или даже чтением Торы, это подчеркнуло бы разницу между евреями — между ученым и необученным. В танце же все мы — от величайшего из великих до простейшего из простых — радуемся вместе и на равных.

толпе танцующих будут и те, кто не знает, кто такой Всемогущий и что такое Его Тора, — они знают только, что Б-г и Его Тора драгоценны, что нет ничего более ценного во всем громадном мире, и это понимание вызывает безграничную радость в груди любого еврея. Когда мы танцуем со свернутыми свитками Торы, ее содержание невидимо, мы как бы не знаем, что в ней, но ощущаем только, что она бесконечно ценна, и поэтому веселимся с ней вместе, как равные наследники сокровища Б-га и его благосклонности.